От автора.

  В 60-х годах 20 века в прокате кинотеатров нашей страны появился художественный фильм «Всё остаётся людям». Актёры Николай Черкасов, Игорь Горбачёв, Ефим Копелян и другие в фильме об учёных-ядерщиках воплотили мысль о том, что любой человек, любое поколение людей УХОДЯТ, а тем, кто будет после, остаются их дела, их наследие и память. Никто не вечен и ничто не вечно, за исключением памяти значения не имеет хорошим или не очень хорошим был человек. Пройдут года и новое поколение будет иметь, даже по этой книге, представление о том, как жило старшее поколение, населяющее наш Цимлянский край. По большому счёту, перед Вами настольная книга жителя небольшой территории территории Новоцимлянского сельского поселения. Я удовлетворён тем, что мне удалось в какой-то мере описать время и события прошедших лет, всколыхнуть память о людях, которых с нами уже нет, которых мы или не знали, или постепенно начали забывать. Имея возможность выразить слова благодарности за оказанную спонсорскую помощь: — депутату Законодательного Собрания Ростовской области Суховенко Сергею Леонидовичу, — депутату Собрания депутатов Цимлянского района Батажеву Алихану Ясаевичу, — предпринимателю, жителю ст. Новоцимлянской Евсееву Дмитрию Николаевичу — я делаю это с искренней признательностью за неравнодушие к краю, с которым Вас связала судьба, где Вам приходится жить и работать. Я благодарен своим землякам и всем, кто предоставил мне информацию для рассказов. Эти рассказы позволяют нам вспомнить тех, кого уже нет с нами, но они были и останутся в нашей памяти. Данная публикация является продолжением и дополнением книги «Цимлы родимый уголок», поэтому часть материала Вы вновь увидите в этой книге, и адресована она тем, кто помнит и чтит историю родного края

История станицы Новоцимлянской В 70-х годах 19-го века нынешняя станица Новоцымлянская называлась станицей Гугнинской, которая находилась в километрах от реки Дон. Гугнинская относилась к I-му Донскому округу с центром в станице Конcтантиновской. Вблизи были расположены хутор Заподной станицы Филипповской, находившейся в восьми километрах от него, а также хутора Червлённый и Кулалы. Потом станица Гугнинская стала именоваться станицей Баклановской и переместилась на реку Цимлу, а в Гугнинской остался хутор. В 1912 году станица разделилась на две станицы: в правобережье Генерал-Ефремовская, в левобережье осталась Баклановская. К Генерал-Ефремовской принадлежали следующие хутора: Поздняков, Ремизов, Пронин, Кандауров, Додонов. Генерал Ефремов, именем которого названа станица, умер в станице Гугнинской, а в 1912 году его памятник перевезли в Генерал-Ефремовскую, останки его отправили в Новочеркасский музей. Памятник генералу Ефремову стоял в центре станицы, около церкви. Основную массу населения составляло казачество, иногородцев было всего 5 процентов. В центре располагалось станичное правление во главе со станичным атаманом, его помощником, казначеем и двумя писарями. Здесь же стояла церковь, служителями которой были батюшка и псаломщик. Все казаки ходили в церковь. В станице было три частных магазина, принадлежавших купцам 3-ей гильдии Седлерову, Полякову, Бакланову, казённая лавка монополия, две школы: женская и мужская. В женской школе учительницей была Евгения Самуиловна Ефремова. В мужской школе два учителя, фамилия одного из них Брызгалин Иван Матвеевич. На хуторах школ не было. В первые годы советской власти, в 1920 году, станица Генерал-Ефремовская была переименована в станицу Новоцимлянскую, по названию реки Цимлы. В учебном году в станице начала функционировать семилетняя школа (см. снимок), а на хуторах открылись начальные школы. Начальная школа была и в станице Новоцимлянской. В 1935 году образовалась МТС. В 1950 году в связи со строительством Волго-Донского канала и образованием Цимлянского водохранилища станица Новоцимлянская была перенесена от старого места поселения на 10 км. Эти (сокращенные) данные о станице Новоцимлянской были предоставлены учителем истории Новоцимлянской С0Ш Забазновым Владимиром Леонидовичем. Всё бы было хорошо, но! В биографии Ивана Ефремовича Ефремова, генерала героя Отечественной войны 1812, есть другие данные: Иван Ефремович Ефремов, происходя из казаков Гугнинской, ныне Баклановской станицы Войска Донского, родился на хуторе Огибном в 1774 году, 11 октября. Лишившись своих родителей ещё в раннем детстве, 8-ми лет Ефремов был взят на воспитание казаком Полубедовым, который устроил его пастухом станичного стада телят, а позже Ефремов стал наниматься в «батраки» к зажиточным казакам. Всегда послушный и исполнительный, Ефремов отличался смелостью и ловкостью; он был необыкновенно вспыльчив, но не злопамятен. Какого-либо мастерства и грамоты он не знал до военной службы. Любя наездничество, он часто скакал на чужих лошадях, пойманных на станичном попасе, и, отлично владея арканом, он чаще всего забавлялся, накидывая его на неуков. Такое же удовольствие ему доставляли кулачные бои: рослый и сильный, он не имел соперников, в запальчивости часто нападая на более сильных товарищей, он хоть и был бит, но никогда не отступал первым из самолюбия. За езду на чужих лошадях и кулачные бои ему частенько доставалось. Принимавшая в нём участие бедная старуха казачка Хохлачёва научила его читать молитвы и молиться Богу: «Молись Богу усердно, Он пошлёт тебе счастье и здоровье», говорила ему старуха. Насколько, будучи беспризорным, в детстве бедствовал Ефремов, свидетельствует то, что однажды зимою, спасаясь от холода, он носил старую рваную шубу и валенки, снятые им с найденного в лесу мёртвого калмыка. Когда подошло время старшему сыну казака Полубедова идти на службу, было решено, чтобы вместо него шел Ефремов. Получив от Полубедова коня, седло, овчинную шубу, серый чекмень из домотканого сукна, плеть и 40 алтын денег, Ефремов вместе со сменною Придворною Конвойною командой отправился в Петербург, где, приняв присягу первого января 1792 года, он был определён для присмотра за Войсковым казачьим подворьем. В свободное время он научился грамоте у какого-то мастерового немца. 1-го октября 1793 года он был определён на службу в Гатчинские казачьи эскадроны, где прошел все низшие должности и 1-го октября 1796 года был произведён в эскадронные вахмистры лично Цесаревичем Павлом Петровичем. Об этом сохранился следующий рассказ. Как-то в Гатчине у Павла Петро вича был большой съезд; в числе прочих казаков в наряде был и Ефремов. Исполняя какое-то поручение, Ефремову пришлось скакать мимо дворца. Бросившийся из дворца какой-то пёс с лаем преследовал Ефремова, стараясь схватить его лошадь за хвост, пугливая лошадь бесилась, вспыливший Ефремов выхватил пистолет и на скаку застрелил собаку. Возвращаясь обратно, Ефремов был остановлен с приказом явиться к Великому князю. Собака оказалась любимым пуделем Павла Петровича. Смелое сознание Ефремова в проступке и молодецкий выстрел на карьере, о котором рассказали Павлу Петровичу видевшие всю сцену его приближенные, расположили быстрого в своих решениях Цесаревича в пользу Ефремова, так что он молодца-казака тут же поздравил вахмистром. С этого времени и началась служебная карьера Ефремова. Будучи вахмистром, он начал старательно изучать строевое дело и скоро постиг его до тонкости, ловкий наездник, отличный стрелок, знаток строевого дела и усердный служака, он был лучшим из вахмистров, а эскадрон его считался образцовым во всём Гатчинском гарнизоне. С восшествием на престол Павла Петровича, при формировании Лейб-гусарского, Лейб-казачьего полков, в Лейб-казачий Его Величества эскадрон 10-го ноября 1796 года был взят вахмистром Ефремов. Во время коронационных торжеств в Москве отличный порядок и пунктуальное соблюдение всех требований тогдашнего устава в эскадроне Его Величества обратили на себя милостивое внимание Государя, благодаря чему как первый нижний чин в эскадроне вахмистр Ефремов был на самом лучшем счету у Павла I. Назначенный командиром полка генерал Денисов, по достоинству оценив отличную службу Ефремова, представил его к производству в первый офицерский чин, на что и последовало Высочайшее соизволение 15-го сентября 1798 года. В 1800 году, 15-го ноября, за отличную и ревностную службу в походе к берегам Белого моря Ефремов был произведён в поручики, а на коронацию Императора Александра I, будучи представлен к награде, произведён в штабс-ротмистры за отличие по службе 23-го ноября 1802 г.

(продолжение следует)

5 2 голоса
Рейтинг статьи
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии