Интересные статьи
Почему у больниц нет денег?
Более двадцать лет назад российскую медицину перевели на так называемые страховые рельсы. Проще говоря, власти умыли руки и сказали: вот сколько налогов с зарплаты поступило, столько денег и получит медицина. Мы, правительство, не при делах. Одновременно был изменен и Трудовой кодекс. Людей стало проще увольнять, профсоюзы потеряли былое влияние и огромная часть рабочего класса стала работать неофициально. Понятно, что если нет официальной работы, то нет и налогов (страховых платежей) для больниц и поликлиник.
Много ли таких людей? Возьмем Астраханскую область, вполне так среднюю. Это не процветающая Москва, но и не депрессивный Кавказ. Из 600.000 человек работоспособного возраста у нас регулярно осуществляют платежи в ФОМС только 270.000, а еще 80.000 осуществляют платежи эпизодически. То есть почти каждый второй человек или на неофициальной работе, или на вахте или на самозанятом статусе.
По стране речь идет по оптимальным оценкам про 15-20 миллионов человек. И только здесь российская медицина недополучает почти триллион рублей в год.
На этом история не заканчивается. Кроме работников в стране есть еще пенсионеры и дети. За них платить должно государство. И по уму, государство должно платить за пенсинера не меньше, чем за себя через фирму платит слесарь. Более того, дети и пенсионеры болеют чаще, чем люди среднего возраста.
А вот черта с два. Помните, Шарик из мультфильма про Простоквашино рисовал граффити на печке. «Это, — говорит, — индейская национальная изба. Фигвам называется».
Если работник в среднем платит в фонд медстрахования за год 34000 рублей, тот государство перечисляет за пенсионера или ребенка втрое меньше, 12600 рублей.
Этот разрыв в сравнении с 2023 годом увеличится. Предполагается, что взносы на работающее население увеличатся на 21%, а бюджетное финансирование на неработающих — только на 13.7%.
Разница получается еще в 1,8 триллиона рублей.
О врачах и медсестрах
Если в 90-е годы реформаторы в основном занимались распределением в частные руки промышленности, то в нулевые годы настало время социальной сферы.
Идея внешне была логичной. «В стране полно койкомест в больницах, но нет денег на оборудование и лекарства, — говорилось стране. — Давайте сократим коечный фонд и освободившиеся средства бросим на улучшение обслуживания». В итоге если в 2000 году в России имелось 1670 тысяч мест для госпитализации, то сейчас осталось 1162 тысячи.
С врачами получилось еще интереснее. В 2012 году президент поставил задачу повышения им заработной платы. Серьезного повышения, с тем, чтобы она составила 200% от зарплаты в производственном секторе. Но денег правительство особенно искать не стало, и для повышения зарплаты одних сотрудников были уволены другие. Уцелевшие стали работать на полторы-две ставки. А санитарок так вообще перевели в уборщицы.
На этом реформы не закончились. В стране была отменена Единая тарифная сетка, то есть твердые правила по зарплате. Оклады были уменьшены, а вместо них стали платить премии, названные стимулирующими выплатами.
Три четверти врачей сейчас утверждают, что их зарплата до сих пор не достигла уровня, установленного президентом России в 2012 года. Доклад об этом сделал Народный фронт, опросив 25 тысяч респондентов по всей стране.
Почему так происходит?
Правила об оплате труда теперь определяются не правительством России и даже не региональными минздравами. Эти правила устанавливают главврачи. В абсолютном большинстве случаев никаких четких критериев распределения премий нет.
Готовя статью, нами был сделал запрос в Яндексе «Положение об оплате труда больницы», и в первых же строчках поисковик выдал документ из Детской городской больнице города Хабаровска.
Правила там такие: «Способность с высоким качеством справляться с большим объемом работы – до 100%. Применение современных методик – до 100%. Высокий объем документооборота – до 100%» и так далее.
Что такое «высокий объем»? Что значит «короткие сроки»? Что такое «современные методики»? Ответов на эти вопросы нет. Равно как и ясности, в каких случаях премия составляет 2%, в каких 22%, а в каких 100%. Учитывая, что только в этой больнице введено восемь премий в размере оклада без всяких четких критериев, заработная плата за один и тот же труд может отличаться в восемь раз.
И в остальных больницах примерно то же самое.
В итоге прекрасной реформы врачи стали переходить в частный сектор, где правила заработной платы оказались лучше, чем у государства.
В ноябре 2022 года министр здравоохранения Михаил Мурашко сообщил, что дефицит кадров составляет около 25–26 тыс. человек среди врачей и около 50 тыс. человек — среди среднего медперсонала.
Один из лучших экспертов в сфере здравоохранения Гузель Улумбекова говорит: «оплата труда врачей за девять лет, к концу 2021 года, выросла только на 20% в постоянных ценах (то есть за вычетом инфляции). У медсестер этот показатель вырос только на 9%».
Удар, удар, еще удар…
Но если Фонд медицинского страхования еще выделяет деньги на уровне прошлого года, то с финансированием из федерального бюджета начинается настоящая беда.
Многие слышали про такое понятие как «национальный проект». Простым языком, это финансирование строительства больниц и поликлиник, приобретения оборудования и разработки лекарств.
И вот что мы видим в новом бюджете страны (цифры с учетом официальной инфляции в 4.5%):
Модернизация первичного звена здравоохранения, то есть строительство, ремонт и оборудование поликлиник — сокращение на 18.3%;
Борьба с онкозаболеваниями — на 12.5%;
Развитие детского здравоохранения — здесь настоящее крушение. Денег будет выделено вполовину меньше от уровня нынешнего года.
Госпрограмма поддержки производства лекарств сворачивается полностью.
В целом финансирование сокращается с 321 млрд до 290 млрд рублей, или, учитывая цены, на 15%.
Много или мало 15%? Ну, представьте, что из годовой зарплаты /пенсии у вас отняли два месяца.
Действия «Действия»
Сейчас в селах Астраханской области проходят акции протеста водителей скорой помощи. Они вообще получают на руки 17-18 тысяч рублей, не относясь к медперсоналу и поэтому считаясь даже в российской системе здравоохранения чем-то вроде черной кости. А вот в городе Астрахани выступления только закончились. После серии акций протеста здесь зарплата водителям была поднята на 40%, до 32.000 рублей. Тоже, конечно, сумма не впечатляет, но и не то что было.
Такого рода борьбу по стране организует независимый профсоюз «Действие». Вполне официальный, зарегистрированный и даже представленный в разных правительственных комиссиях.
Профсоюз поднялся в 2014 году на протесте против массовых сокращений врачей в Москве, закрытия больниц и поликлиник, и с той поры распространил сеть активистов в большинстве регионов страны.
В Кемерово профсоюз не дал передать частникам «в аренду» подстанцию скорой помощи, по сути, сорвав приватизацию. В Анжеро-Судженске пресек попытку перевода санитарок в «уборщицы». В Башкирии добился оплаты сверхурочных. После акций профсоюза Минздрав России ввел типовые нормы приема пациентов терапевтами и педиатрами.
Вся это происходит через преодоление сопротивления бюрократии. Лишение премий активистов, выговора и даже увольнения давно уже стали обычной историей, хотя «Действие» успешно защищает людей в судах. А совсем недавно в подмосковных Раменках водителю скорой, решившему задавать начальству неудобные вопросы, и вовсе порезали шины.
Между тем профсоюз добивается просто нормальных условий труда. И одно из основных требований вполне очевидно: майские указы президента должны обеспечивать достойную зарплату врачей и медсестер при работе на обычную ставку, без переработок.
Пора лечить медицину
Российской медицине нужна помощь. Только в этом случае она сможет помочь каждому из нас и нашим близким.
Здравоохранение не должно зависеть от «страховых взносов» в стране, где миллионы загнаны в неофициальную занятость. Частные страховые компании, которые просто получают комиссионные между бюджетом и государственными же больницами, должны быть убраны. Врачи и медсестры вправе получать нормальную зарплату без работы по совместительству. В зарплате медработников твердый оклад должен составлять не менее 70%.
Да и в целом на здравоохранение нужно выделять столько средств, сколько выделяется в развитых странах. Сколько? Ну вот, в Португалии, например, которая отнюдь не самая передовая в этой части страна, на здравоохранение идет 10,6% ВВП. Двадцать лет назад было принято решение эту самую Португалию догнать.
А в России на здравоохранение идет примерно 3,5% ВВП. Втрое меньше. То есть вместо четырех триллионов рублей надо направлять двенадцать триллионов.
Источник:https://bloknot.ru/obshhestvo/zdravozahoronenie-ili-zdravoohranenie-pochemu-meditsina-zagibaetsya-v-rossii-1196441.html
МЫ НЕ ДАЁМ ОЦЕНОК СОБЫТИЯМ И ЛЮДЯМ, МЫ ИНФОРМИРУЕМ
Вот такую хрень написали.вы напишите лучше про нас почему поликлиника не работает?кто ответил за такой безобразный ремонт?